Первое правило идеальной школы: обучение в среде

обучение в среде

Задумавшись над выбором формы обучения для наших детей, я решила не копаться в отличиях между различными подходами, а попытаться сформулировать свое видение идеального образовательного процесса. Конечно, у меня недостаточно практической информации по работе с детьми, чтобы делать однозначно правильные выводы. Я просто ориентируюсь на поведение сына, свой небольшой опыт работы в школах и свои собственные воспоминания о школьных годах. И вот сегодня у меня неожиданно собралась целая подборка наблюдений в поддержку одной очень важной монтессорианской характеристики – обучения в среде. Хотя о моих выводах противоречащих этой методике я напишу в самом конце статьи. Итак, наблюдения:

Пример #1 – Я.

Моя мама по образованию модельер конструктор, а по профессии учитель труда. Когда я была маленькой, она много шила: для себя, для меня, и даже чаще кому-то на заказ. Но, так как мама умела шить, то мне никогда не надо было шить что-то самой, и я всегда могла попросить ее сделать самую простую операцию за меня, например, подшить брюки или что-то другое в этом роде. Также мама не считала нужным учить меня шитью и не проводила уроков, усадив за машинку и, показывая различные швы и способы обработки ткани. А когда в 10 классе мама преподавала у нас уроки труда, то она разрешила мне не посещать их, а заниматься в это время музыкой и подготовкой к поступлению в музыкальное училище. И каково же было мое удивление, когда несколько дней назад получив от мужа в подарок на День рождение долгожданную швейную машинку, я ощутила, что многие операции я делаю просто на автомате. Да, мне, конечно, не хватает практики, и я многого не знаю. Но по непонятным причинам я знаю на самом деле много. Я знаю как рассчитывать количество ткани и как правильно раскладывать выкройку на полотне. Я знаю о многих способах обработки и о трудностях в работе с разными тканями. Я просто ощутила, что эта база знаний загружена в мой мозг, хотя я и не занималась изучением всего этого в прямом смысле. И, вероятно, все дело в том, что знания совсем не обязательно передаются нам, когда кто-то специально нас учит. А скорее мы впитываем все или практически все, с чем сталкиваемся. Поэтому дети музыкантов часто становятся музыкантами. Они просто впитывают определенную музыкальную среду, которая окружает их дома. Мы учим детей читать на родном языке. И это кажется нам проще простого. Но, если бы мы пытались учить ребенка читать на незнакомом нам самим языке, то это была бы еще та задачка. Все, что знаем мы родители, о чем мы говорим между собой и чем делимся с детьми – все это внеурочный объем знаний, который они пронесут через всю жизнь, как я знания о швейном деле. И это не значит, что надо начать усаживать ребенка за стол и посвящать его в глубины программирования или дизайна. И не стоит также говорить о своей работе без умолку, отрезая тем самым возможность живого общения и чистого обмена эмоциями. Скорее просто надо не закрывать дверь в свой кабинет, если вы работаете дома. Все, что надо ребенок сам заметит, спросит, узнает.

Пример #2 – подруга программист.

Однажды в молодости подруга рассказала мне историю того, как она выбрала свою профессию и как достигла в ней мастерства. В далекое начало 90-х годов, когда мы только начали ходить в школу и я еще даже не представляла о существовании компьютеров, на свое девятилетие она получила в подарок личный компьютер. На тот момент он был третьим по счету в их семье. Первые два принадлежали папе и брату программистам. И это могло бы быть похоже на сказку для ребенка 90-х, если бы не один маленький нюанс – папа удалил с компьютера абсолютно все. Там не было ни одной игры, ни одной программы. Там даже не было операционной системы. И посыл был примерно таков: «Вот тебе доченька подарок. Если разберешься, что с ним делать, то можешь пользоваться, как захочешь». Иногда детей так учат плавать – просто бросают в воду и ждут пока инстинкт самосохранения, поможет им найти выход к воздуху. Так вот она с этой задачей справилась очень хорошо. И игры, в которые так хотелось поиграть, ей пришлось программировать для себя самой еще не окончив школы. К своим 20 годам, когда мы с одногодками только думали о том, кем мы станем, когда выпустимся из ВУЗов и что мы вообще в этой жизни хотим делать, она уже бойко программировала на нескольких языках, имела несколько престижных сертификатов по программированию и четко знала, чем она хочет заниматься. Я слушала эту историю с изумлением и восторгом. Но понятно, что без тесного контакта с двумя опытными программистами такого эффекта было бы достичь невозможно. Одним словом, если вы не программист, не повторяйте этого опыта на своих детях. ))

Пример #3 – опять Я + мой муж.

В свои 19 лет я поняла или скорее меня убедили в том, что музыка – это не мое призвание. И тогда я решила стать графическим дизайнером. Я поступила на первый курс заочного обучения и с присущей мне жизненной смелостью отправилась искать работу по профилю. Работу я к слову о смелости нашла за 2 дня. И не просто какую-то, а в лучшем в городе рекламном агентстве. Им почему-то показалось, что мой творческий потенциал можно развить. Вероятно, если бы я правдиво написала в своем резюме, что первую дизайнерскую программу я установила на свой компьютер утром в день собеседования и совершенно не умею в ней работать, то они скорее бы не совершили этой роковой ошибки. Но, к моему счастью, они поверили мне на слово, и на следующий день я познакомилась со своим лучшим в жизни учителем дизайна и мужем по совместительству. Сказать, что заочное обучение у нас в стране на сегодня не имеет со словом обучение ничего общего – это не сказать ничего. Фактически – это живая очередь за дипломами, которая наполняет бюджет института необходимыми для существования средствами. За все 6 лет обучения я познакомилась всего с парой преподавателей, которые действительно дали мне немного ценных знаний. Они могли бы дать намного больше, но я видела их всего 2 дня в год. А как же тогда я стала замечательным дизайнером, работы которого занимали призовые места на международных конкурсах дизайна и появлялись в престижных заграничных каталогах? Я всему научилась у мужа, просто работая бок о бок с ним на протяжении почти 10 лет. Я помню, как в первый месяц своей работы я вообще ничего не соображала во всем этом. Тогда я просто открывала книгу с фотографиями чужих проектов и спрашивала его, что он думает о том или ином логотипе или упаковке. Он научил меня абсолютно всему: и технической стороне вопроса и художественной. Возможно, что именно поэтому нам так хорошо работалось вместе, так как я во многом была его копией и лишь иногда могла начать бурно спорить, защищая свою «гениальную» идею.
Одна из основных идей университетского образования – работа рядом с профессором и таким образом получение знаний и опыта, в наше время превратилась в выслушивание скучных лекций в компании с еще сотней таких же скучающих студентов. При таком количестве учащихся уже не остается возможности для тесного контакта с преподавателем и совместную с ним научную деятельность. Именно поэтому многие люди получают в ВУЗах от преподавателей большой объем якобы полезной информации, которую на самом деле уже давно можно почерпнуть в интернете. А потом, отправляясь на реальные рабочие места, они фактически с нуля начинают свое обучение профессии. И я думаю, что эта проблема «желторотости» выпускников также частично приводит к сложившейся ситуации с невозможностью найти первую работу. Ведь человек с хоть каким-то минимальным опытом в современных организациях ценится больше, чем выпускник с красным дипломом. И я видела это собственными глазами, когда проработав 5 лет дизайнером и научившись всему у своего мужа, я была лакомым кусочком на рынке труда. В то время как мои одногодки, учившиеся на стационаре, в ужасе бегали, выпучив глаза и пытаясь составить хоть какое-то портфолио из слабеньких институтских работ и найти хоть какую-то работу по верстке визиток. Отметка о профильном ВО однозначно украшает резюме, но стоит ли она пяти лет потерянной жизни и недополученного профессионального опыта?

Пример #4 – снова Я и изучение польского языка.

Мы живем в Польше уже 2 года, из которых только один месяц мы раз в неделю посещали курсы польского языка. Обучение там проводилось на довольно примитивном уровне, так как группа была многонациональной и для многих выходцев из Африки или Азии польские слова были абсолютно в новинку. Поэтому мы перестали туда ходить, но так ничего и не придумали взамен. Практически ничего… Мы просто продолжили жить в Польше и заводить друзей среди поляков. Конечно, первая неделя тут, когда, не зная ни одного слова по-польски, мне надо было по телефону договориться о просмотре квартир в аренду, была похожа для меня на ад. Я читала написанную другом фразу на польском. Но самое смешное, что мне на нее что-то по телефону отвечали. И дальше мне надо было что-то ответить в ответ. Я тогда даже не могла правильно записать услышанный адрес, так как просто не знала, как называются цифры по-польски. На одну встречу мы приехали на час раньше, так как я не знала, как именно они называют время. Но, тем не менее, мне героически удалось договориться о 5 просмотрах и на следующий день мы подписали договор аренды. Сейчас два года спустя вся эта история мне кажется действительно смешной. Теперь решить такой вопрос по телефону для меня не составит ни малейшего труда. Я с легкостью смогу выяснить множество деталей о квартире и условиях съема. Но я знаю точно, что если бы тогда в тот страшный в прямом смысле слова для меня день, когда от каждой поднятой кем-то на том конце трубки у меня со лба скатывался холодный пот. Если бы тогда я не сделала этого, то сегодня я бы не могла жить, так как я живу. У меня бы не было подруг среди полек, с которыми я готова часами болтать, обсуждая важные для меня темы. Я бы не смогла так смело высказывать свое мнение на собраниях Клуба эффективных родителей, который я недавно начала посещать. Я бы не записала детей на кружки, не решила бы море важных для нас вопросов в разного рода административных учреждениях. В конце концов, я бы просто перестала понимать своих собственных детей, так как, приходя из сада, они иногда продолжают вставлять в речь польские слова. Я не жалею, что оказалась тогда младенцем, которого бросили в воду в надежде, что он научится плавать. И хоть я не владею языком в совершенстве и все, конечно же, очень быстро замечают мой акцент и не всегда понимают меня с первого раза, но я не ощущаю проблемы в том, чтобы открыть рот и сказать то, что считаю нужным сказать. И я очень этому рада.
И когда я думаю о том, как именно я учила язык, то я понимаю, что я просто плавала в нем. Я слушала разговоры людей в магазинах, на площадках и в транспорте. Я спрашивала у подруг как правильно использовать те или иные выражения. Я также учила новые слова, пока пыталась писать письма. Сперва я писала их на родном языке и переводила через гугл. Потом я пыталась писать сама и переводила только некоторые слова. Теперь, когда я пишу письмо, я иногда проверяю правильность написания тех или иных слов. Я не сделала в своей жизни ни одного письменного задания по польскому языку. Я не прочитала пока ни одной книги по грамматике, хоть и планирую это сделать. Я просто впитывала и постоянно практиковала язык.

Мои выводы

Я написала много, хотя это далеко не все примеры, которые мелькают в моей голове по этой теме. Но главное то, что я определяю среде, как средству обучения, основное место в своей идеальной системе образования. Правильно сформированная окружающая среда способствует не только активному и насыщенному обучению, о котором я писала выше, но также дает ученику свободу выбора. А это в свою очередь помогает в обучении уйти от присущего обычной школе принуждения и навязывания. И все это очень четко отражено в системе Монтессори. Так почему тогда я уже не считаю эту систему такой идеальной? Ответ прост: из-за того насколько она законсервирована.
Пройдясь позавчера по классу Монтессори школы, я подумала, что 100 лет тому назад, когда в США только открывались первые школы работающие по этой системе, учебные классы выглядели абсолютно идентично тому, что я увидела сейчас в 2015 году. Почему? Куда провалились 100 лет неимоверного по масштабам человечества технического прогресса? Почему дети продолжают изучать в школе географию по карточкам, таблицам и глобусу, в то время как у моего 4-летнего сына любимая компьютерная игра – это программа Google Earth? Я согласна с тем, что планшеты, телефоны и компьютеры могут навредить детям, если они будут использоваться исключительно для игр и развлечения. Но если идею подготовленной монтессори среды перенести и в он-лайн пространство. Что будет если показать детям не разложенные на полочках коробочки с картинками животных и растений, а Википедию? Ведь мы живем в 21 веке. Так почему же мы пытаемся учить наших детей так, как это делали в 20-том, усаживая за парты перед образованной тетей, тогда как дети уже сегодня могут узнать из интернета намного больше, чем она даже может себе вообразить?
И еще больше ощущение законсервированности монтессори класса вызвано тем, что оно вмещает только определенный объем обозначенных программой знаний. Конечно, с точки зрения обучения ребенка строго по очерченной дядями из министерства программе образования это имеет смысл. Все дети будут иметь возможность получить определенный набор шаблонных стандартизированных знаний, и школа как фабрика будет выпускать одинаковых штампованных людей. А что если мы хотим не втискивать ребенка в рамки определенной придуманной кем-то программы, а хотим следовать за его интересами и позволять ему узнать намного больше, если он этого хочет. Ведь ребенок как молодое растение, которое развивается быстро и не всегда в том направлении, которое мы пытаемся ему задать. И современные школы, включая также и монтессори создают эффект стеклянного куба, в котором ребенок должен развиваться не имея возможности выйти за его пределы, как бы сильно он к этому не стремился. Из всего написанного выше следует первое правило идеальной в моем понимании системы обучения:

Обучение должно происходить в специально подготовленной развивающей среде, которая соответствует сегодняшнему времени и гибко изменяется, подстраиваясь под изменения интересов ребенка.

И самое интересное, что именно современные технологии могут позволить создавать для групп учащихся одновременно разнообразную и подобранную индивидуально учебную среду, что абсолютно невозможно было создать в условиях массового образования и с применением только материальных учебных материалов. Учитель, стоящий у доски перед классом никогда не сможет настроиться на личные интересы и уровень понимания материала всех учащихся находящихся в классе. Но учитель, который помогает ученикам самостоятельно осваивать материал при помощи компьютера, интернета и специальных обучающих программ запросто может это сделать, если только захочет. И это не бред моего возбужденного сознания, так как уже сегодня в США существуют подобные программы альтернативного обучения. Об одной из них School of One я узнала из недавно прочитанной книги Кена Робинсона «Образование против таланта». И во многом именно эта книга развернула во мне размышления на тему образования будущего. Еще одним примером индивидуального подхода являются демократические школы. С одной из них я предлагаю вам познакомиться, посмотрев вот это видео.

Я, как и Кен Робинсон верю, что со временем в общественном образовании произойдет серьезная революция и все описанное мной в этой маленькой статье и прочитанное мной в книге Кен Робинсона найдет свое воплощение в школе будущего. Меня печалит только тот факт, что это не произойдет за один год. Ведь именно через год мой старший сын должен отправиться в первый класс. Идеальная школа будущего, ну что ж ты так задержалась в пути, ведь ты нужна нам уже завтра?

А прямо сейчас я сижу и пытаюсь понять, что же все-таки выбрать из возможных вариантов: обычная школа, Монтессори школа, домашнее обучение или даже искать демократические школы. Поделитесь опытом, как вы принимали решение о школе для своего ребенка?

3 Comments

  • Спасибо, интересно было почитать. Действительно, я два раза “за”, что учит в первую очередь среда, общение и живой опыт. А социальная махина общего образования просто неспособна перестроиться так быстро. Сейчас потоковое конвейерное обучение уже не успевает за развитием, и знания учеников, которых раньше хватало, теперь устаревают к выпуску. В этом плане финская школа впереди: “можно учить для диплома, но мы учим для жизни”. Пока мы не выбирали школу, хотя мои дети пошли в обычную школу, но больше для общения и языка. А так мне кажется, если мама сама готова и ребенок не против – то лучше домашнее обучение попробовать..

    • viktoriiakorol

      Ирина, спасибо за отзыв! У нас вопрос языка скорее является камнем преткновения, так как мы с мужем не достаточно владеем польским языком, на котором детям предстоит учиться в школе. Прочитала у вас про школу в Бразилии. Было очень интересно узнать, какие школы там, ведь я видела только наши. 🙂

Say Something